1 И увидел я иное знамение на небе, великое и чудное: семь Ангелов, имеющих семь последних язв, которыми оканчивалась ярость Божия.
Механизм любой язвы таков. Во всякой болезни, приводящей к язве, как и во всяком ином животном или звере, есть капля света внутри него, как его начало. И сама болезнь, не зная этой своей основной части, всегда вынуждена искать что-то внешнее, при помощи чего она сможет добраться до того, что в ней самой закрыто от нее же. Так всякая болезнь распространяется. Пораженный болезнью человек или иное живое существо лишь помощник болезни в том, чтобы ей знать саму себя, заполнить саму себя самой собой. Человек, попадая во власть болезни, уподобляется ей самой, не зная причины своей болезни. Лекарство любой болезни обязательно включает знание причины. Если человек знает причины своей болезни, то он выходит из болезни, он становится неподобен болезни и так сочетание с болезнью разрушается. То же можно отнести и к глобальным процессам и явлениям. Если человек не знает жизни, то жизнь в нем становится болезнью, кошмаром.
Постольку, поскольку все явления апокалипсиса вызваны тем, что землю ожидает тотальная экспансия Самой Жизни во всей ее полноте и во всех ее формах, то и подготовка среды к тому есть суть впечатывание в среду того, в чем жизнь могла бы оказаться кошмаром.
Если, например, злосердый человек сегодня свободен в выражении своего зла и Бог Своей милостью позволяет ему жить так, как тому хочется, то в будущем такой попадет в состояние тяжелой шизофрении. Для того, чтобы этого не произошло, но, при этом, и чтобы ограничить такого в свободе злоизъявления, не сажая его в клетку, ему нанесут визит апокалипсические явления, начиная с первого коня, и заканчивая последней чашей гнева Бога, как удаления Его милости как воздуха зла. Впечатывая ему то, что могло бы у него вызвать психическую деформацию, не совместимую с его собственной жизнью.
В этом плане чаши гнева не отличаются от первого всадника апокалипсиса.
Хотя различие весьма велико. Первый всадник (например) был рассчитан на время действия, чтобы человек, получивший его силовой воздействие, принял к сведению свидетельство своего сердца и сделал правильные выводы, где и как ему надо стучать, чтобы ему отворили дверь в дом истины. Здесь же, у чаш гнева такой возможности нет - времени больше нет.
Чаши гнева это просто печать на глину, которая сделает глину формами некоего вида некоей красоты, а не простым блином грязи.
Хотя никто не знает, как бывает больно глине, когда ее печатают.
2 И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его и число имени его, стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии,
Стеклянное море это образ имеющей собственный формы силы. Смешанное с огнем - способное трансформировать свои формы, как ему заблагорассудиться. Но всегда они тверды и прозрачны.
Победившие зло Духом Бога (не воинством и не силою, но Духом Моим), стоят на нем.
Они держат в руках инструмент, призванный производить гармонию звуков. Названный здесь гусли. Его устройство говорит многое. Это ящик, на верхней стороне которого укреплены струны, производящие звук. Ящик здесь образ самого играющего так, как он явлен в социуме - это локальный храм ограниченного пространства, в руках живого святого, являющего себя в среде именно этим ящиком, то есть, это образ его самого. Звуки, издаваемые струнами, резонируют в нем и так слышны далеко вокруг. Это можно было назвать примером, но здесь это с властью гармонии звука.
3 и поют песнь Моисея, раба Божия, и песнь Агнца, говоря: велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! Праведны и истинны пути Твои, Царь святых!
Их песнь, гармония звука, издаваемая их инструментами, плюс их голоса в ключе этой же гармонии несут в себе смысл закона (песнь Моисея) и смысл благодати (песнь Агнца-Мессии) в том, что определено как человеческая жизнь.
Это сочетание в одних и тех же устах полностью исключает отныне такое понятие, как соблазн - поход за ложным блаженством. Именно соблазн был преткновением к тому, чтобы закон Моисея послужил спасением всему человечеству.
4 Кто не убоится Тебя, Господи, и не прославит имени Твоего? ибо Ты един свят. Все народы придут и поклонятся пред Тобою, ибо открылись суды Твои.
Исключение соблазнов приведет все народы к источнику всего - имени Господа Бога. Национальные культуры, национальные идолы, культы предков, культы потомков, культы сил и культы лидеров - все это микроскопическая часть длинного перечня соблазнов, господствующих в мире.
Всему этому надлежит пропасть после первого же звука объединенной песни Моисея и Агнца из уст победителей.
5 И после сего я взглянул, и вот, отверзся храм скинии свидетельства на небе.
Именно из храма скинии свидетельства, где хранятся свидетельства истины, будут вынесены язвы - живые печати для земли. Именно свидетельство истины порождает язвы на телах тех, кто всегда упорно отвергал ее. Отвергший жизнь, все равно получит жизнь, но только уже кошмаром, отвергший истину, предпочетший ложь, все равно получит истину и потеряет ложь, но истина для него станет язвой, именно в том месте, куда он привел в своем время ложь для замены там истины.
6 И вышли из храма семь Ангелов, имеющие семь язв, облеченные в чистую и светлую льняную одежду и опоясанные по персям золотыми поясами.
Ангелы в чистой одежде и с поясами власти (золото) по персям (по груди - область дыхания у человека внутри его состава, внешнее это нос).
7 И одно из четырех животных дало семи Ангелам семь золотых чаш, наполненных гневом Бога, живущего во веки веков.
Предположительно это был (будет) орел, но не указано здесь, значит, несущественно по смыслу книги.
Итак, Ангелы выносят язвы из храма скинии свидетельства, как части свидетельства, неприемлемые уже на земле (ввиду прошедших изменений) в виде свидетельства, но только лишь как язвы, затем орел дает им золотые чаши - сосуды, сделанные из чистой власти.
8 И наполнился храм дымом от славы Божией и от силы Его, и никто не мог войти в храм, доколе не окончились семь язв семи Ангелов.
И сразу же храм Бога заполнился дымом славы Бога. Видимо, мой прогноз относительно невозможности трансформировать язву в свидетельство в то время неверен и это в принципе возможно, однако запрет к входу в храм Бога - храм совокупной истины неба и земли, исключает в принципе такую возможность. Язвы, вынесенные их храма свидетельства останутся язвами до конца их действия - насильственного изменения, деформации живущих на земле.
<<< предыдущая >>> обсуждение этой главы <<< далее >>>
*** ОБРАТНО НА ГЛАВНУЮ ***