Предупреждаю заранее, история более чем фантастичная, и размышление о ней применительно к практике повседневной жизни приводит к все более парадоксальным выводам. Но именно понимание этой главы дает читающему основания не повредиться в следующее очень скоро за этим время.
Двум пророкам посвящена книга Захарии. Там гораздо больше, чем в лаконичном Откровении Иоанна. И ссылка туда у него дает много, чтобы понять условия, да и вообще смысл появления двух пророков. Более того, там хорошо видна вся картина этого глобального апокалипсического момента.
Само имя пророка Захарии теснейшим образом перекликается с тем, для чего оставлена его книга - оно переводится как 'воспомянутый Господом'. Точно так же и смысл явления двух апокалипсических пророков перед концом времен заключается в том, что Бог воспомянет Иерусалим и явит Себя в том, что перед ним к востоку (оттуда взойдет солнце правды над всей землей).
Совершенно неслучайно у Иоанна написано -
это две маслины, что моментально отсылает читателя в Ветхий завет на страницы книги Захарии.
Начну с самого большого в том, что касается истории двух пророков.
Это завершает книгу Захарии. Последняя глава книги о том времени, которое непосредственно предшествует, и также о самом явлении Бога на земле. Об этом молчат вообще все - во всю историю никто не упомянул, что второе пришествие Того, Кого ныне называют Иисус Христос, предваряет пришествие Господа Бога Отца. Во всяком случае, мне не доводилось слышать даже намек на то, что кто-нибудь это узрел.
Это описано у Захарии так - 'Тогда выступит Господь и ополчится против этих народов, как ополчился в день брани. И станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, которая перед лицем Иерусалима к восток:'
Что же случилось до того, почему Господь выходит как воин? Против каких народов это великое действие?
Читаем у Захарии: 'Вот наступает день Господень, и разделят награбленное у тебя среди тебя. И соберу все народы на войну против Иерусалима, и взят будет город, и разграблены будут домы, и обесчещены будут жены, и половина города пойдет в плен; но остальной народ не будет истреблен из города.'
Город взят, но только половина его пойдет в плен? Тут сразу же понимаешь, что речь идет не об обычном городе. Брать город, чтобы его не взять, потому что после войны и взятия города весь город идет в плен, но потом часть уводится в рабство, часть оставляется под присмотром победителя, и это ни что иное, как также своеобразный плен. Здесь же весь город взят язычниками и затем часть дана язычникам, часть оставлена, а именно половина. Понимание очередного парадокса, коими чрезвычайно богата Библия, приходит после более тщательного изучения текста.
Во взятой в плен части находятся имущества домов и честь жен, ибо не сказано, что часть разграблена и часть обесчещена, написано - дома разграблены и жены обесчещены. Все, не часть их только, указания на частичность такого действия нет. Что такое имущество дома? Это его украшение, и, даже если это внутреннее убранство, при этом оно всегда внешнее. Дворец президента - суть дома, все его имущество определено этим и все его 'внутреннее' убранство показывает внешность дома. То же самое жена. Обесчещенная жена остается женой, хотя многие годы живет с насильником, захватчиком, продолжающим ее насиловать, она уже привыкла к этому, она считает себя его женой, не будучи ей внутри себя.
Итак, последующее пояснение характера действий взявших город дает нам возможность уразуметь, что вся внешняя часть города взята в плен, внутренняя оставлена, сохранена.
Сказать прямо, что весь Иерусалим - это и есть храм Бога, это значит запутать читателя, не разобравшегося во всем в этом, окончательно. Хотя это будет по истине.
Итак, внешний двор храма дан язычникам, и разграбление Иерусалима, предшествующее тому моменту, когда Господь Бог, ополчившись как воин против народов, захвативших Его избранное, встанет на горе Елеонской - это одно и то же. Но что же это за гора Елеонская? Разве может быть сомнение в том, что это должно быть некоего рода символическое обозначение пророков Апокалипсиса! И точно - Елеонская переводится как Масличная гора. А пророки Иоанна - как раз две маслины.
Две маслины, предстоящие Богу всей земли. Вполне естественно, что Бог встанет на горе масличной, что перед Иерусалимом к востоку от него и одновременно эта гора перед Богом земли предстает, как два пророка, ибо что значит гора перед Высотой высот?
Теперь немного собственно о том, что представляют собой два пророка. Как я уже подметил, истина, похищенная с неба на землю последней генерацией греческой культуры, изменила все общество. Оно стало намного более человечным, хотя бы даже чисто внешне, в своих общих ориентирах, нежели все существующие до него во всю историю.
По формуле "бытие определяет сознание" эта вняшняя человечность имела реальный эффект. Те, кто еще помнит то время, может со мной искренне согласиться. И при этом, общество, тем не менее, развивалось по собственным законам и правилам в соответствии с тем, что ему открылось на внешних дворах храма Истины. Кто-то из живших в среде той поры остался верен звероподобным формам жизни, смеясь и издеваясь над тем путем, по которому шла культура, и мечтая о том, что он видел в тех местах, где не произошло то, о чем идет речь, а это был весь западный мир, но кто-то первым достиг вершины - образа человека. Наполнив его собой, вошел в любовь Бога, исполнил волю Бога, Бог явил Себя ему и он стал пророком.
Здесь вполне возможен вот такой сценарий - как мы уже знаем, два пророка-маслины изображены у Захарии в виде двух маслин по краям чашечки. Одна строго слева, другая строго справа. Далее, гора масличная разделится на две горы - одна отойдет к северу (налево, древние считали север на левой стороне земли), одна к югу (направо). Затем, они предстоят Богу земли равноправно, а не 'гуськом', один за другим, один ближе, другой далее. Значит, их стояние там также разделено сторонами. Напрашивается вполне логичный вывод о том, что один из них левый, другой правый.
Наряду с этим, нигде ни разу не сказано, а упоминаний об этих двух пророках во всей Библии весьма немало, что их дороги как-то расходятся. То есть, либо они неразлучны как близнецы, либо: это просто две половины одного пророческого дела. Твердого, неизменного дела - свидетельства иисусова.
Посмотрим внимательно на книгу Захарии. Вся книга о том, как будет восстановлен Иерусалим. Фактически, если это соотнести с книгой Иоанна, это о времени следующем сразу же за седьмой трубой. Которую предваряют пророки не так, чтобы это можно было соотнести исключительно хронологически, но по самому смыслу они готовят среду.
Прочтем начало Захарии - видение Иисуса, великого иерея (великого священника) в запятнанных одеждах. Он облачается в торжественные (читай - одежды на торг, а именно в публичные одежды высокого положения) одежды и тут перед ним проносят камень ОТРАСЛЬ.
На этом камне семь очей. И на этом камне Бог обещает ВЫРЕЗАТЬ на нем ЕГО ЖЕ НАЧЕРТАНИЯ!
Теперь соотнесем с тем, что мы знаем из Апокалипсиса. Престол Сидящего (точно такое имя Бога избрано здесь, и посмотрите внимательно, как оно объясняет ситуацию) находясь на небе, имеет перед собой семь светильников-духов. Престол Бога земли (о котором нет ни слова, потому что его нет) имеет перед собой двух пророков. Но Бог Всемогущий един, и престол неба есть продолжение престола земли, которого еще нет и то, что перед престолом неба, и перед престолом Бога земли, которого еще нет. Семь светильников-духов Бога здесь семь очей, семь надежд, лишь видящих, но не имеющих. Где они могут быть, если нет престола, а они должны быть? Причем, в достаточной степени стабильно, ибо это окружение престола Бога земли, которого нет? Нет ничего прочнее камня (сомневаетесь, вспомните алмаз).
Таким образом, камень - ОТРАСЛЬ, полагаемый перед Великим Священником Иисусом, будущим Судьей всей вселенной - это два пророка!
Почему же так странно названо - ОТРАСЛЬ. Причем, подчеркнуто небывало для Библии - заглавными буквами? Иерусалим последнего дня, составленный из язычников, называется апостолами ветвью дикой, привитой на маслину.
Нет никакого указания на то, что язычники получившие (не захватившие, а именно так - данный им) внешний двор храма Бога сделали некое злодейство там, это во-первых, и во-вторых, получение внешнего двора храма Бога было естественным развитием культур земли, на что указывает и учение, давшее язычникам вектор движения - научный коммунизм. Попадание во внешний двор храма Бога стало неизбежным итогом развития человеческой цивилизации при движении вперед и вверх. То, есть при росте его, развитии. И ветвь, вышедшая во внешний двор храма, получив это место от Бога, и затем взошедшая на жертвенник, стала той самой ОТРАСЛЬЮ, которую Бог поставил перед Собой, отрезав от языческой среды и:, пока еще не привив ее на Свою маслину, понес ее к этому. Как садовник, отрезав ветвь для прививки, несет ее к своему дереву, отрезая по пути ненужное, вредное и негодное, придавая ей культурный облик. Это в ином месте названо 'вырежу на нем начертания его'.
Во времена апостолов, дикая маслина, привитая на избранное дерево, была таковой, в последнее же время дикая маслина избрана уже из той части, которая вместе с язычниками очутилась на внешнем дворе храма Бога. Пустила побеги туда, где очень плодородная почва, нет свирепых зверей и все дышит обликом человека, как образа истинного Бога.
Если посмотреть на структуру книги Захарии пророка, то видно, что она составлена преимущественно из историй, происходящих с парами объектов. Исключения составляют объекты, исполненные зла.
Сначала является свиток проклятия на всю землю. Затем образ нечестия в виде женщине сидящей в плетеном сосуде (это знак сплетен). Затем появляются две женщины и несут сосуд сплетен в Сеннаар, упоминание о котором имеется в Библии только в одно месте, там первые люди решили построить человеческий город и башню, после неудачи, инициированной Господом, этому городу дано имя Вавилон. Само по себе появление двух женщин не вызвало бы никаких ассоциаций, если бы не их полет. Между небом и землей!
Высокий, но не небо, низкий, но не земля. Ни небо и не земля. Они несли ее в том, что составляло исключительно их полет - никакой реальности в этом проносе эфы! Это полностью мираж, существующий (да, да, именно так) существующий в среде двух женщин! Это образ промежуточного пространства фантазий всего человечества, но только это действие описано как существующее - они все-таки перенесли эфу! Но перенесли ее между небом (не на небе) и между землей (не на земле). Вы помните - вначале было создано небо и земля. И более ничего, все остальное произошло из того, что было создано. Вода не в счет - это энергия без собственных форм. Бездна - это небытие, без форм света она - ничто. Но здесь переход Эфы и ее поставление на месте, где она сейчас стоит - исключительно в поле фантазии двух женщин. Как же стало возможным то, чтобы это было бы описано на страницах Библии, как бытийный факт? Только лишь при единственном условии и другого не может быть - если это действие 'курировал' Дух Истины - Слово Бога, Иисус Христос. Когда это возможно? Только при одном условии - две женщины - это ученики ИХ, пророки, и их действие - это собрание их во имя Его! По Его слову - 'где двое из вас во имя Мое, там и Я среди вас'.
Какие же это могут быть ученики - женщины? Когда Сам Иисус говорил - не может женщина войти в царство Бога, если не станет мужчиной. Для поклонников канонических текстов Библии могу привести иной фрагмент - в царстве Бога не женятся и не выходят замуж. Это нельзя иначе понять, только как отсутсвие повода для деления человечества по признаку половых различий. Потому что царство Бога - это в первую очередь полнота всего. И если есть женщина или мужчина, то в царстве Бога это должны быть "стопроцентные" женщина и мужчина с такого же уровня голодом к противоположному полу, что и определяет их изначально, по отдельности, как часть человека, а именно, человек несовершенный.
Значит, упоминание здесь женщин показывает на предшествовавший этому некий момент, обратный входу в царство Бога - это выход из него. Ученики, пройдя этап выхода из царства Бога, стали женщинами и понесли эфу сплетен.
Где можно найти подобный момент среди указанной хронологии событий в очень важном для нас моменте деятельности пророков? Конечно же там, где сказано - зверь, выходящий из бездны, победил их и убил их. Убитые пророки вышли из царства жизни, вновь стали или мужчинами или женщинами. В зависимости от того, с чем столкнулись. Они, выйдя их царства жизни, не покинули тем не менее внешнего двора истины - нигде не сказано, что это должно произойти. Оставаясь во внешнем дворе истины они становились всем тем, что видели вокруг себя. И тем более тем, что видели внутри себя, между собой.
А это была женщина, окруженная сплетнями - образ нечестия всей земли. И ей предстояло встать на фундаменте в земле Сеннаар.
Нам не оставлено имени Сеннаар, видимо, это не слишком нужный момент. Вполне достаточно рассмотреть контекст упоминания этой земли. Там, в Ветхом завете она упоминается, как место, откуда произошло смешение всех языков земли, и так тогда люди отстали от общего строительства башни (башня - дом силы, символ веселия). Здесь же точно такая же история - Бог смешал языки империи язычников, тех, кто проник, кто получил внешний двор истины, и люди перестали понимать друг друга.
Земля Сеннаар место некоего рода единения народов, интернационал. Следующее потом разделение названо Вавилон (потому что Бог смешал там языки - это объяснение Библии), но именно из-за разделения город назван Вавилон, значит Сеннаар - изначально наоборот, единство народов. Впрочем, это нюанс, не играющий серьезной роли здесь.
Но вернемся к пророкам. Почему нечестие, причем как сказано 'само нечестие', попало к ним в руки? Перед тем, как увидеть это, необходимо освежить само понятие нечестия - самого распространенного явления последнего времени. Это буквально воздух в сегодняшнем мире, которым всякий день, с утра и до вечера, дышит каждый житель планеты. Нечестие - это образ общения в этом мире его жителей. Каков он? Сначала определим 'честие', чтобы осознать от обратного, что же такое нечестие. Два человека, встречаясь друг с другом, первое, что делают, это начинают видеть друг друга. И с этого начинается их контакт. То, как видит один другого, в чести это вид у него или нет, и определяет степень нечестивости видящего. Вне всякого сомнения, 'по одежке встречают, по уму провожают', и первый нечестивый подход может измениться на то, что в чести у видящего. Однако это не меняет сути нечестивого. Если видящий грешник, насильник, то у него в чести насилие и увиденный им некто может оказаться у него в чести, как более извращенный насильник. Первое - самое главное - он видит всех в 'не чести', в нечестии своем.
Как яркий пример активного нечестия могу назвать желание обесчестить, например, популярных людей - это деятельность желтой прессы и папарацци.
Я не стану останавливаться на таком обширном пороке, как нечестие, это не грех сам по себе, это лишь путь к греху, и нам он не интересен, кто по нему идет, идет своей дорогой, а кто идет по нему не своей дорогой, того Бог управит на верный путь.
Мне интересен момент, почему пророки взяли между собой само нечестие? Мне видится, что причина тут слишком очевидна. Это тот самый зверь, который умертвил их. Пророкам стало необходимо нечестие, как щит против одолевшего из зверя. В этом же и есть смысл невиданного распространения нечестия в сегодняшнем мире - это защитная реакция населения земли против разгула звериных духов, рядящихся в человеческие виды. Все они требуют чести к себе и не получают ее, если в среде население бушует тотальное нечестие.
Вот так, спасаясь от власти зверя, победившего их, они и взяли саму суть нечестия и понесли его в землю международных отношений, создав там прецедент нечестивого отношения народов друг к другу, что послужило активатором развала некогда более или менее сплоченной системы обществ империи.
Что же происходит дальше? Пророки, защищаясь от зверя, и обманывая его понесли нечестие и поставили его в межнациональной земле Сеннаар. Зверь смотрел на их действие. Не на женщин, они не человек, ни мужчина и ни женщина - не человек еще, а часть человека, отсюда стремление к совокуплению, как восполнению недостающей части, зверь же устроен так, что смотрит на образ человека, полагая его высшим существом во вселенной (бог в мире зверя - человек). Однако несомая ими эфа не так. Она в поле бытия - это значит, в свете человека, скорее здесь, Человека. Причем, несущие ее женщины имеют в своих крыльях ветер - символ перемен. Таким образом, перемены, принесшие эфу в землю Сеннаар имели высший свой знак в переносе эфы и проставлении ее на своей основе. Это определило характер элит тех обществ, нести нечестие в руках стало необходимым атрибутом человеческого достоинства. Но не только. Смотрящие на трупы пророков видели их через призму нечестия. Поставленная на своей основе эфа с нечестием внутри стала для смотрящих на трупы пророков некоего рода телескопом, телевизором, если угодно...
Следующая глава книги Захарии рассказывает о двух медных горах. Убитые пророки понесли женщину-нечестие, прикоснулись к ней и стали женщинами, но что они стали, когда не несли эфу с нечестием? Перенос эфы длился достаточно долгое время, это весьма значительное действие, и он не мог не перемежаться иными действиями. Что делали пророк и далее легко увидеть, если понять их положение. У них уже нет силы Бога - духа Жизни, они умерщвлены, но у них осталось знание их особенности. Единственное приложение этого знания в мире - исключительно тщеславие, тщеславная гордость, потому что мертвые не имеют славы Бога, а другой славы у пророков нет, если только они не действуют от своего имени, наподобие Илии пророка, или Магомеда, но здесь ситуация иная, имена двух пророков хотя нам и оставлены, но это не публичные имена.
Итак, тщеславная гордость (две медные горы, медь - кимвал звенящий и не более) двух мертвых пророков выразилась в том, что они порождали некоторые движения в среде. Первое движение - это вороные кони, вышедшие к северной стране. И северная страна последовала им - страна зверя резко повернула свой интересе в сторону сексуальной сферы. За ним последовали белые кони - и страна северная резко повернула свой интерес к тому, что зовется 'святыми вопросами' - религиям. Эта последовательность уничтожила мятежный дух той страны, ищущий подобия Бога воровским, мятежным путем. И оба этих явления приземлили среду язычников, изменив их интересы, уведя из внешнего двора храма истины.
Рыжие кони остались с пророками, как способ жить. Пегие понеслись вместе с эфой нечестия в межнациональную среду, стараясь пройти землю.
Теперь об именах пророков. Из плена в Вавилоне вернулись трое - Живущий (Хелдай), Благий (Товия) и Всеведущий (Иедай). Пришли они в дом Поддерживающего (Иосия), сына Осеняющего (Софоний). Они принесли золото и серебро. Из этого золота и серебра были сделаны венцы и возложены на голову Иисуса, сына Праведного Господа (Иоседек), великого священника.
Затем, слово Господне речет - скажи Иисусу - вот Муж, имя ему ОТРАСЛЬ, Он произрастет из Своего корня и создаст храм Господень Он создаст храм Господень и примет славу, и воссядет, и будет владычествовать на престоле Своем; будет и священником на престоле Своем, и совет мира будет между тем и другим.
ОТРАСЛЬ дикой маслины, давшая двух пророков, создаст храм Господень, иными словами восстановит разрушенную зверем, выходящим из бездны целостность, что есть человек и примет славу и воссядет и будет владычествовать. Один станет владыкой, другой священником. Но единым целым. Владыка занят внешними вопросами - он левый по определению, священник - внутренними вопросами - он правый по определению. Два пророка остаются, но они уже в неделимом единстве, в совершенном единодушии.
Иисус, великий священник (причем, различие между священником и великим священником здесь налицо - Иисус - великий священник, ОТРАСЛЬ - лишь священник) оставляет венцы тому, кто принес материалы для них, а именно - трем персонажам, пришедшим из плена во Вратах Бога (Вавилоне).
И после этого всего действия имена их меняются - они, пришедшие из плена, преобразились - они стали Сильный (Хелем) (ранее он имел имя Живущий), Благий и Всеведующий, а тот, к кому они пришли из плена стал Милостью (Хен), сыном Осеняющего.
Остановлюсь подробнее на перемене произошедшей после принятия славы от Бога Вседержителя.
Дом, куда пришли пророки от великой скорби их служения - это дом Поддерживающего, сына Осеняющего. Пророки буквально приползи туда - у них не осталось никаких сил после всего, что им пришлось перенести. И все в том доме поддерживало их, буквально каждая мелочь старалась поддержать их в вертикальном положении. Это может быть что угодно - истории предков, традиции, культура, многое иное. Его имя изменяется - он становится Милостью. Причем, если раньше он Поддерживающий, то теперь не Милостивый, а сама Милость. Раньше он поддерживал пришедших из плена. Теперь же он стал Солнцем Милости. Все то, что раньше служило поддержкой пророкам, все то наполнили потоки Милости из этого дома.
Трое пришли из плена - первый Живущий, его можно было поименовать как Переживающий, но так не будет верно - ибо Переживающий заканчивает свое переживание, Живущий же не так. Живущий - не Живой еще. Он живет, но он не жив. Его действие жизни - это действие, но не статус. Живой - это исполненный светом светильник, статус светильника, живущий - это светящий светильник, действие светильника.
Второй - Благ, или Благий. Подобен Богу Вседержителю. Его имя не изменяется.
Третий - Всеведущий. Его имя не изменяется.
Чтобы лучше понять это, нам необходимо перейти к следующей главе, к тому месту, где говорится о великом знамении - жене, облеченной в солнце.
>>> главная <<<